А вы случайно не от них? Не проверка?
Нет. Мы частный сервис, не имеем отношения ни к какому ведомству и никому ничего не передаём. Отчёт видите только вы.
Мой сайт делал знакомый три года назад и пропал. Мне всё равно некому это исправлять.
Тогда отчёт сделан так, чтобы с ним справился кто угодно: к каждой находке есть адрес страницы, дословная строка и конкретное действие. Это готовое задание, его можно переслать новому исполнителю и ничего не объяснять голосом. Часть пунктов, как год в подвале или подписи к фото, вы закроете сами за вечер.
У меня все клиентки украинки. Зачем мне польская версия?
Клиентки да. Но сайт открыт в Польше и адресован потребителям в Польше, а ustawa o języku polskim (art. 7–7a) просит, чтобы описание услуг и цены были доступны ещё и по-польски. Украинский и русский никто не забирает: речь о «ещё и», а не «вместо». На практике это одна страница с ценами и условиями.
А если там всё плохо, мне что-то будет?
Мы не пишем «вы нарушаете закон» и не называем сумм взысканий, ни в отчёте, ни здесь. Мы показываем признаки несоответствий и норму, которой они касаются, с дословной цитатой с вашей страницы. Оценить именно вашу ситуацию может только юрист, и мы прямо пишем это в каждом отчёте. Отчёт никуда не уходит, кроме вас.
Вы залезете в мой сайт?
Нет. Мы читаем только то, что видит любой посетитель и поисковик: никаких паролей, никакого доступа к админке, ничего не меняем.
Можно заказать проверку конкурента?
Нельзя, и не будет можно: сервис, который продаёт досье на соседа, не имеет права называться проверкой. Полный отчёт получает только тот, кто подтвердил, что сайт его.
У меня нет сайта, только Booksy и инстаграм.
Тогда нам сегодня нечего сканировать, и мы говорим это прямо. Своего сайта нет примерно у 86% украинских салонов Варшавы, у 57 бизнесов из 66. Разбор профилей следующее, что мы делаем. Оставьте почту, напишу один раз, когда он появится. Письма «мы нашли у вас проблемы» вы от нас не получите.
Что, если отчёт мне не понравится?
Возвращаем деньги в течение 30 дней. Причину объяснять не нужно, отчёт остаётся у вас. Это не гарантия «не найдём, вернём»: такую мы дать не можем, она сделала бы нас заинтересованными в том, чтобы находить.